?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Копылов А.Н. Лжедмитрий I или всё-таки царевич Дмитрий? // Актуальные проблемы современной науки. 2014. № 3. С. 16-21.

ldi1


ldi2

ldi3

ldi4

ldi5

ldi6

Лжедмитрий I или всё-таки царевич Дмитрий?

Копылов А.Н.

Как в бурю листья на деревьях повертываются изнанкой, так смутные времена в народной жизни, ломая фасады, обнаруживают задворки, и при виде их люди, привыкшие замечать лицевую сторону жизни, невольно задумываются и начинают думать, что они доселе видели далеко не все.

В.О. Ключевский

Период истории России между 1598 и 1613 годами получил название Смуты. Смутное время, поистине, одна из самых загадочных и страшных эпох нашей страны.

В чём же заключались причины наступления Смуты? В первую очередь, немаловажную роль здесь сыграли политические факторы. В 1584 году умирает царь Иван Грозный. Его сын Фёдор Иванович, который наследовал престол, по словам своего отца, был «постник и молчальник, более для кельи, нежели для власти державной рождённый»[1]. Историк Н.И. Костомаров писал о новом правителе следующее: «Царь Фёдор Иванович был чужд всего, соответственно своему малоумию. Вставал он в четыре часа, приходил к нему духовник со святою водою и с иконою того святого, чья память праздновалась в настоящий день. Царь читал вслух молитвы, потом шёл к царице, которая жила особо, вместе с нею ходил к заутрене, потом садился в кресло и принимал близких лиц, особенно же монахов. В девять часов утра шёл к обедне, в одиннадцать часов обедал, потом спал, потом ходил к вечерне, иногда же перед вечернею в баню. <…> Фёдор очень любил колокольный звон и сам иногда хаживал звонить на колокольню. Часто он совершал благочестивые путешествия, ходил пешком по московским монастырям. <…> Слабоумие Фёдора не внушало, однако, к нему презрения. По народному воззрению, малоумные считались безгрешными и потому назывались «блаженными». Монахи восхваляли благочестие и святую жизнь царя Фёдора, ему заживо приписывали дар прозрения и прорицания»[2].

В мае 1591 года из Углича приходит трагическое известие: не стало царевича Дмитрия. В 1598 году умирает царь Фёдор. Династия Рюриковичей пресеклась. На политическую сцену выходят боярские роды Годуновых и Юрьевых.

Кроме аспектов связанных с политикой, Смуту, надо полагать, пробудили так же причины природные. Летописные своды свидетельствуют о том, что годы с 1601 по 1603 были весьма неурожайными. С.М. Соловьёв в своей книге «История России с древнейших времён» (М., 2001. Т.8, С. 534) отмечал: «разразился страшный голод, жертвами которого стало до полумиллиона человек». Правительство было вынуждено принять меры, заключавшиеся в раздаче бесплатного хлеба нуждающимся. Но, к сожалению, средств затраченных из казны на всех не хватало. По дорогам бродили голодные, обездоленные люди, которые зачастую сбивались в шайки бандитов и шли на преступления.

Стали возникать слухи, что умерший в Угличе царевич Дмитрий на самом деле жив. А раз так, то царь Борис Годунов правит незаконно. Вот тогда-то на политической сцене и появляется рассматриваемая нами далее в этой публикации фигура царевича Дмитрия, прозванного его противниками «Лжедмитрием» и «Дмитрием Самозванцем».

Кем был на самом деле этот человек? Доподлинно это так до сих пор никто и не выяснил. По одной из самых распространённых версий он был монахом Чудова монастыря – Григорием Отрепьевым. Именно эту гипотезу в литературно-художественной форме изложили нам некоторые знаменитые писатели, среди них А.П. Сумароков (трагедия «Димитрий Самозванец»), Ф. Булгарин (роман с тем же названием) и, конечно же, А.С. Пушкин (хрестоматийный «Борис Годунов»).

По другой версии, Самозванец - незаконный сын польского короля Стефана Батория.

Наконец, существует мнение, что Лжедмитрий I это… настоящий, чудом спасённый сын Ивана Грозного – царевич Дмитрий собственной персоной! Несмотря на кажущуюся абсурдность последней версии, её, в частности, придерживался такой авторитет в исторической науке, как Н.И. Костомаров, который специально исследовал этот вопрос в своей работе «Кто был первый Лжедмитрий» (СПб., 1864), где утверждал, что «легче было спасти, чем подделать Димитрия».

В том, что на царском троне восседал Григорий Отрепьев прямо или косвенно сомневались следующие видные историки: В.О. Ключевский, С.Ф. Платонов, К.Н. Бестужев-Рюмин, а так же уже цитированные мною выше С.М. Соловьёв и Н.И. Костомаров. Их зарубежный коллега историограф Г.Ф. Миллер (1705-1783), несмотря на то, что в своих книгах придерживался официальной версии о «самозванстве» Дмитрия, в приватных беседах высказывал диаметрально противоположную точку зрения. Англичанин Уильям Кокс приводит в своих «Путевых записках» следующие слова Миллера: «Я не могу высказать печатно моё настоящее мнение в России, так как тут замешана религия. Если вы прочтёте внимательно мою статью, то, вероятно, заметите, что приведённые мною доводы в пользу обмана слабы и неубедительны» (См. статью Сергея Цветкова «Названный Дмитрий… Идентификация: pro et contra» в журнале «Наука и Жизнь» № 2 за 2013 г., С.62). Так же ещё Миллер пересказал Коксу свой разговор с Екатериной II, где государыня спрашивала его о том, правда ли, что он сомневается в «самозванстве» царевича, на что Миллер отвечал императрице: «Вашему величеству хорошо известно, что тело истинного Димитрия покоится в Михайловском соборе. Ему поклоняются, его мощи творят чудеса. Что станется с мощами, если будет доказано, что Гришка – настоящий Дмитрий?».

Кстати, если царствующий на российском престоле в 1605-06 гг. человек всё-таки самозванец, то уж точно он не был Григорием Отрепьевым. Почему? Давайте просто беспристрастно посмотрим на этих двух людей и попробуем их сравнить. У Гришки Отрепьева с самого детства был тяжёлый характер: он «буянил, ссорился с отцом, пьянствовал и даже был замешан в каком-то преступлении». У воцарившегося на троне Дмитрия не было ничего от «истасканного пьяницы с монастырским образованием». Это был человек «небольшого роста, с круглым безбородым лицом и проницательным взглядом». Папский нунций (посол) Рангони, который видел Дмитрия лично, описывает внешность царевича следующим образом: «<Царевич Дмитрий> - хорошо сложенный молодой человек со смуглым цветом лица, с большой бородавкой на носу в уровень с правым глазом; его белые длинные кисти рук обнаруживают благородство его происхождения. Говорит он очень смело; его походка и манеры, действительно, носят какой-то величественный характер». Некоторое время спустя, после второй встречи с Дмитрием, Рангони дополнил своё описание такой характеристикой: «Дмитрию на вид около двадцати четырёх лет, он без бороды, одарён живым умом, весьма красноречив, безупречно соблюдает внешние приличия, склонен к изучению словесных наук, чрезвычайно скромен и сдержан»[3]. Григорий же Отрепьев, по свидетельству исследователя Казимира Валишевского, изложенного им в книге «Смутное время» (М., 2003) был «неотёсанный, грубый человек, каким его воспитала среда монастырей и разных трущоб».

Позволю себе вкратце напомнить читателю историю предполагаемой смерти реального царевича Дмитрия (сына Ивана Грозного).

В 1584 году умирает Иван Грозный. После смерти государя его малолетний сын Дмитрий, вместе со своей матерью царицей Марией Нагой, был сослан в Углич. На престол воссел его брат Фёдор, при котором реальные бразды правления страной находились в руках царского шурина (брата царицы) Бориса Годунова. Царь Фёдор не имел детей, следовательно, захватить русский престол после его смерти Борису Годунову мешала только фигура ещё одного сына Ивана Грозного – царевича Дмитрия. И вот 15 мая 1591 года восьмилетний наследник трона скоропостижно умирает. Версии его смерти были самые разнообразные. Напомню вам две основные из них: 1) несчастный случай – играл во дворе со сверстниками, случился приступ эпилепсии, потеряв сознание, упал, напоролся горлом на торчащий нож и умер; 2) пал жертвой слуг Бориса Годунова.

Расследование трагического происшествия возглавил боярин Василий Иванович Шуйский. Именно от него поступила версия «несчастного случая», ставшая затем основной, которая впоследствии была провозглашена на Земском соборе 1591 года. Впрочем, в 1605 году Шуйский изменяет эту версию на более для себя удобную: мать Дмитрия вовремя узнаёт о намерении Бориса Годунова лишить жизни её сына и спасает наследника престола, подменив его другим ребёнком. Впрочем, в достоверности этой второй гипотезы боярина Шуйского заставляет сомневаться то обстоятельство, что она была произнесена им в год воцарения на престоле отечества человека, утверждавшего, что он есть чудом спасённый царевич.

Нам всем, конечно, не без влияния пушкинского «Бориса Годунова» правильной кажется первая версия, согласно которой реальный царевич Дмитрий пал жертвой коварного заговора или несчастного случая, однако я всё-таки предлагаю вам, дорогие читатели, взглянуть на ситуацию беспристрастно, постараться отринуть от себя всякое предубеждение.

Приведу ещё одну выдержку из статьи Сергея Цветкова: «94 человека из 152 опрошенных выступают в деле как очевидцы, между тем, как только один из них – стряпчий Юдин – говорит, что сам видел издалека, как царевич «накололся» на нож. Остальные свидетельствуют о его смерти с чужих слов. Да и в отношении многих иных важных деталей осталась полная путаница и неразбериха. Нет, например, каких-либо указаний на осмотр следователями тела Дмитрия».

Как бы то ни было, если даже Дмитрий и был чудом спасён, то последующие за таинственными происшествиями в Угличе полтора десятка лет о нём ничего не слышно….

…Дмитрий вновь предстаёт перед нами в 1604 г., когда состоялась его встреча с польским королём Сигизмундом. В этом же году царевич принимает католичество. Сигизмунд признал его права на русский трон и дал добро на оказание помощи чудом спасённому юноше. Заручившись поддержкой могущественных покровителей, с помощью воеводы Мнишека, царевич снарядил войско и двинул свою армию на Москву. Дмитрию покорялись многие русские города, причём часто горожане не оказывали ему ни малейшего сопротивления, в том числе ему сдалось без боя войско московского воеводы Ф.И. Мстиславского.

И так, Дмитрия встречали не только без сопротивления, но и с большой радостью. Местные жители земель, через которые проходила его армия, искренне верили, что встречают чудом спасённого наследника престола. Из книги историка К. Рыжова «Все монархии мира» (М., 2001) мы с интересом узнаём, что царевич во время своего триумфального шествия по русской земле часто останавливался для того, чтобы побеседовать с местными жителями. В Серпухове его ждал целый богатый шатёр на несколько десятков человек, к его услугам была предоставлена царская кухня и челядь. Здесь, в Серпухове, Дмитрий дал свой первый пир русским боярам. Оставшуюся до Москвы часть пути «самозванец» совершает уже в прекрасной карете, сопровождаемой пышной свитой. Следующая остановка состоялась в Коломенском (в те времена это было подмосковное село), тут царевича так же ждал пир и встреча с местной аристократией. По словам историка Рыжова, Дмитрий ласково принимал местных крестьян и посадских людей, которые встречали его с хлебом-солью, и обещал «быть им отцом».

В 1605 году, в самый разгар наступления на столицу войск царевича Дмитрия, умирает Борис Годунов. Армия не поддерживает оставленного им наследника: его сын и вдова зверски убиты.

  20 июня 1605 года, под всеобщее ликование, царевич Дмитрий торжественно вступает в Москву. Вот как в своём главном труде – «История государства Российского» описывает это событие Н.М. Карамзин: «20 Июня, в прекрасный летний день, Самозванец вступил в Москву, торжественно и пышно. Впереди Поляки, литаврщики, трубачи, дружина всадников с копьями, пищальники, колесницы, заложенные шестернями и верховые лошади Царские, богато украшенные; далее барабанщики и полки Россиян, Духовенство с крестами и Лжедимитрий на белом коне, в одежде великолепной, в блестящем ожерелье, ценою в 150000 червонных: вокруг его 60 Бояр и Князей; за ними дружина Литовская, Немцы, Козаки и стрельцы. Звонили во все колокола Московские. Улицы были наполнены бесчисленным множеством людей; кровли домов и церквей, башни и стены также усыпаны зрителями. Видя Лжедимитрия, народ падал ниц с восклицанием: «Здравствуй отец наш, Государь и Великий Князь Димитрий Иоаннович, спасенный Богом для нашего благоденствия! Сияй и красуйся, о солнце России! » Лжедимитрий всех громко приветствовал и называл своими добрыми подданными, веля им встать и молиться за него Богу» (том XI, часть 5, глава 4).

Начал же своё правление новый государь с раздачи благодеяний: «Объявили милости: Лжедмитрий возвратил свободу, чины и достояние не только Нагим, мнимым своим родственникам, но и всем опальным Борисова времени… Угодив всей России милостями к невинным жертвам Борисова тиранства, Лжедмитрий старался угодить ей и благодеяниями общими: удвоил жалованье сановникам и войску; велел заплатить все долги казенные Иоаннова Царствования, отменил многие торговые и судные пошлины; строго запретил всякое мздоимство и наказал многих судей бессовестных; обнародовал, что в каждую Среду и Субботу будет сам принимать челобитные от жалобщиков на Красном крыльце»[4].

Как рассказывает нам Д. Иловайский: «21 июля происходило торжественное венчание Самозванца на царство в Успенском соборе со всеми обычными обрядами. Венчание сие совершал Игнатий, за несколько дней до того так же торжественно посвящённый в сан патриарха. Когда после обеда новый царь принимал во дворце поздравления от всех придворных чинов ‹…› из толпы выступил иезуит Чировский: поцеловав руку Лжедмитрия, он посреди глубокого молчания сказал ему от имени поляков приветственную речь на польском языке; что немало удивило русских бояр. Но Самозванцу эта напыщенная речь, по-видимому, очень понравилась, и он стал переводить боярам её смысл. За поздравлениями следовал роскошный пир».

Считаю нужным сказать несколько слов об отношении Дмитрия к религии. Как я уже писал выше, в 1604 году он официально принял католическую веру. 24 апреля 1604 года царевич пишет Папе Клименту «…убегая от тирана и уходя от смерти, от которой еще в детстве избавил меня Господь Бог дивным своим промыслом, я сначала проживал в самом Московском государстве до известного времени между чернецами»[5].

На аудиенции у короля Сигизмунда, в присутствии папского нунция Рангони, царевич Дмитрий торжественно обещает поддерживать в России католическую веру – в частности, он говорил о своём намерении открыть на русской земле католические храмы, а так же собирался допустить в Московию иезуитов. Последнее обещание он незамедлительно исполнил, как только победоносно вошёл в Москву – известно, что при своей коронации он принял из рук иезуитов грамоту с поздравлениями от нового Папы – Павла V (занимал Папский Престол с мая 1605 г.). Понтифик в письме кардиналу Мацеевскому говорил: «если только Дмитрий пребудет в католической вере, как мы надеемся, то со временем можно привлечь русских в недра Святой Римской церкви, ибо, как нам известно, народ сей весьма покорен царю»[6]. Известно, что в Смутное время в Кремле действовала католическая часовня.

Об отношении к религии царевича Дмитрия писал так же историк С.М. Соловьёв: царь «желал соединить церкви… желал внушить русским людям, что дело это не так трудно, как они думали, что нет большой разницы… что в латинянах нет порока, что вера латинская и греческая – одна»[7].

Предоставим слово самому Дмитрию: «У нас <в Русской Православной Церкви> только одни обряды, а смысл их укрыт. Вы поставляете благочестие только в том, что сохраняете посты, поклоняетесь мощам, почитаете иконы, а никакого понятия не имеете о существе веры. Вы называете себя новым Израилем, считаете себя самым праведным народом в мире, а живёте совсем не по-христиански, мало любите друг друга, мало расположены делать добро. Зачем вы презираете иноверцев? Что вы имеете против латинской и лютеранской веры? Они такие же христиане, как и православные. И они в Христа веруют»[8].

Царевича Дмитрия постигла трагическая судьба: он погиб в результате заговора, который организовал Василий Шуйский в 1606 году. «Заговорщики… с руганью и угрозами требовали от Дмитрия, чтобы он назвал свое настоящее имя, звание и имя своего отца – но Дмитрий до последнего момента твердил, что он сын Грозного, и порукой тому слово его матери. С него сорвали царское платье и вырядили в какие-то лохмотья, тыкали пальцами в глаза и дергали за уши»[9]. В конце – концов, заговорщики забили Дмитрия до смерти мечами и алебардами. Вот ещё одно описание последних минут жизни этого человека: «покалеченный и окровавленный, он лежал на полу в Кремлёвском дворце и на настойчивый вопрос склонившихся над ним бояр: «Кто ты таков, злодей?» - ответил: «Вы знаете: я Дмитрий, несите меня к моему народу». Мушкетный выстрел прекратил его мучения. Толпа три дня ругалась над его телом – плевала, колола ножами…. Чья-то рука положила на лицо убитого маску – символ его удивительной судьбы»[10].

Так кем же был на самом деле этот человек: чудом спасшимся царевичем, беглым монахом Григорием Отрепьевым или иным подставным лицом? Первый вариант способна разъяснить только генетическая экспертиза. Да, могилы человека, называвшего себя Дмитрием и царствовавшего на российском престоле в 1605-06 гг. не сохранилось (да и был ли вообще он предан земле?), однако существуют захоронения других ключевых фигур – Ивана Грозного и восьмилетнего мальчика, официально признанного его сыном. Достаточно проверить, действительно ли эти двое пребывали в родственной связи друг с другом. Если да, то царствовавший в эпоху Смуты Дмитрий был действительно самозванцем, в противном же случае…. Вопросов у учёных становится ещё больше.

В завершение данной работы хочу привести ещё одну цитату Ключевского: Дмитрий «держался как законный, природный царь, вполне уверенный в своем царственном происхождении; никто из близко знавших его людей не подметил на его лице ни малейшей морщины сомнения в этом. Он был убежден, что и вся земля смотрит на него точно так же. Дело о князьях Шуйских, распространявших слухи о его самозванстве, свое личное дело, он отдал на суд всей земли и для того созвал Земский собор, первый собор, приблизившийся к типу народно-представительского, с выборными от всех чинов или сословий. Смертный приговор, произнесенный этим собором, Лжедимитрий заменил ссылкой, но скоро вернул ссыльных и возвратил им боярство. Царь, сознававший себя обманщиком, укравшим власть, едва ли поступил бы так рискованно и доверчиво»[11].

Был ли царевич Дмитрий самозванцем или не был… неизвестно. Думается только, что, если ему удалось удержаться на троне ещё на несколько лет, история России пошла бы совсем в другом направлении….







[1] Павлов А.П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове (1584-1605), Спб., 1992

[2] Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей. М. 2009

[3] Сравнение характеристик Григория Отрепьева и царевича Дмитрия взято мною отсюда: Цветков Сергей. Названный Дмитрий… Идентификация: pro et contra // Наука и Жизнь № 2 за 2013 г.).

[4] Великие историки о Смутном времени. М., 2007, С.143

[5] Пташицкий С. П. Письмо первого Самозванца к папе Клименту VIII от 24 апреля 1604 года. // Sprawozdania Akademii Umiejetnosci w Krakowie. СПо: 1899. № 10.

[6] Толстой Д.А. Римско-католическая пропаганда в России. СПб., 1865. С. 55.

[7] Соловьёв С.М. Собр. Соч., 29 т. М., 1960. Т. 7. С. 433.

[8] Ключевский В.О. Лжедмитрий – великий русский царь.

[9] Костомаров, Н. И. Названный Дмитрий // Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей М., 2006.

[10] Цветков Сергей. Названный Дмитрий… Идентификация: pro et contra // Наука и Жизнь № 2 за 2013 г. С. 62.

[11] Ключевский В.О. Лжедмитрий – великий русский царь.


Копылов А.Н. Лжедмитрий I или всё-таки царевич Дмитрий? // Актуальные проблемы современной науки. 2014. № 3. С. 16-21.

Profile

slovolub
Slovolub

Latest Month

August 2014
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Powered by LiveJournal.com